Анархист Алексей Макаров, который сражался в составе Украинского сопротивления, столкнулся с репрессиями в Швеции, где он живет с 2011 года. Его признали угрозой национальной безопасности, отказали в шведском гражданстве и паспорте беженца. «Полиция безопасности» (Säpo) и миграционная служба мотивируют это тем, что товарищ «занимался за границей деятельностью, угрожающей безопасности». Но «за границей», то есть в Украине, Алексей противостоял с оружием в руках, вместе с другими товарищ:ками, российскому фашистскому империалистическому государству, открыто декларирую анархическую позицию.
Публикуем письмо Алексея:
Привет, товарищ:ки! В моей стране пребывания, Швеции, я столкнулся с репрессиями из-за участия в анархической борьбе в Украине и отражении российского империалистического вторжения. Я призываю к освещению моей ситуации в анархических и левых СМИ.
В живу в Швеции с 2011 года как беженец из-за политических репрессий в России. В июне 2022 года, по согласованию с товарищ:ками в Украине, прежде всего с Дмитрием Петровым («Лешим»), я приехал в Украину для вооружённой борьбы с российским империализмом. Вместе с Дмитрием Петровым я сражался в составе 95-й Отдельной десантно-штурмовой бригады как штурмовик и пулеметчик. Позже, уже после гибели Дмитрия под Бахмутом, я воевал в составе «Сибирского батальона» — созданного по инициативе ГУР подразделения для граждан РФ, которое официально декларировало своего рода антиколониальные идеи. В составе «Сибирского батальона» я был два раза тяжело ранен. Второе ранение было в голову и в руку, подвижность пальцев правой руки полностью не восстановилась, и сейчас я фактически являюсь человеком с физически ограниченными возможностями. В «Сибирском батальоне» некоторое время мы вели политическую работу вместе с Владиславом Юрченко («Пиратом»), который прибыл в Украину в феврале 2024 года и 9 августа того же года погиб на Кинбурнской косе.
Летом 2024 года, когда я всё ещё находился на лечении после ранения, после дискуссий с товарищ:ками и по согласованию с командованием «Сибирского батальона», было решено, что на период восстановления я поеду в Швецию и Европу с целью ведения политической и медийной работы. В декабре 2024 года вышел срок действия моего паспорта беженца (Refugee travel document) и я подал заявление на получение нового. Без него я не могу легально выезжать за пределы страны. Также в апреле 2023 года, во время тогдашнего короткого пребывания в Швеции, я подался на получение шведского гражданства. В августе 2025 года мне отказали в гражданстве, поскольку согласно шведской «полиции безопасности» (Säpo), я представляю угрозу национальной безопасности Швеции. В июне этого года меня вызвали в Миграционную службу, где мне было прочитано секретное постановление Säpo: я занимался «деятельностью, угрожающей безопасности» за границей. Единственная страна за пределами Швеции, где я находился более-менее длительное время — это Украина. В начале сентября, после почти двух лет ожидания, мне пришел формальный отказ в паспорте беженца. Есть основания полагать, что эти репрессии, инициированные Säpo, могут продолжатся, вплоть до отзыва статуса беженца и решения о депортации. Депортация в Россию в настоящее время фактически невозможна по причине «принципа невозвращения» (нельзя депортировать человека в страну, где ей или ему угрожают пытки, смертная казнь и тд., страны ЕС в настоящее время этот принцип стараются соблюдать) но можно оказаться без всяких документов или вообще быть помещённым в миграционный лагерь на неопределённый срок.
Репрессии против меня вызваны стремлением государства обезоружить и подчинить анархическое движение путем ограничения несанкционированного государством участия в самообороне общества, защитить фальшивый государственнический культ «национальной безопасности». Вероятно, инициированная Трампом новая волна «борьбы с левым терроризмом» также играет роль. Кроме того, мы видим, как во всём западном мире нарастают репрессии, усиливаются позиции спецслужб, подавляются социальные движения, идёт классовое наступление справа, государство действует всё более воинственными методами, что в частности выражается в поддержке европейскими государствами и капиталом геноцио к «Коллективам Солидарности», распространить информацию о моей ситуации. Это проявление солидарности с да палестинцев в Секторе Газа, жестокостью в отношении бежен:ок и мигрант:ок. Моя ситуация — это не индивидуальная проблема, не ошибки или зловредность отдельных исполнителей в спецслужбах и государственных учреждениях, это выражение структурных процессов. Эти репрессии требуют коллективного ответа: давление на одного это нападение на всех. Поэтому я обращаюсь к товарищ:кам, прежде всего к «Коллективам Солидарности», распространить информацию о моей ситуации. Это проявление солидарности с анархическим сопротивлением в Украине, в котором я сейчас не могу непосредственно участвовать из-за репрессий шведского государства, это форма радикальной критики репрессивной политики европейских государств в отношении бежен:ок и мигрант:ок.
С товарищеским приветом и уважением, Леша Макаров!
источник тг-канал Solidarity Collectives
